Стихи фета любовная лирика

Знаю я, что ты, малютка, Лунной ночью не робка: Я на снеге вижу утром Легкий оттиск башмачка. Правда, ночь при свете лунном Холодна, тиха, ясна; Правда, ты недаром, друг мой, Покидаешь ложе сна: Бриллианты в свете лунном. Жду я, тревогой объят, Жду тут на самом пути: Этой тропой через сад Ты обещалась прийти. Плачась, комар пропоет, Свалится плавно листок. Слух, раскрываясь, растет, Как полуночный цветок. Словно струну оборвал Жук. На всём какая нега! Благодарю, родной полночный край! Из царства льдов, из царства вьюг и снега Как свеж и чист твой вылетает май! Все звёзды до единой Тепло и кротко в душу смотрят вновь, И в воздухе за песнью. Еще люблю, еще томлюсь Перед всемирной красотою И ни за что не отрекусь От ласк, ниспосланных тобою. Покуда на груди земной Хотя с трудом дышать я буду, Весь трепет жизни молодой Мне будет внятен отовсюду. Еще акация одна С цветами ветви опускала И над беседкою весна Душистых сводов не скругляла. Дышал горячий ветерок, В тени сидели мы друг с другом, И перед нами на песок День золотым ложился кругом. Снова птицы летят издалёка К берегам, расторгающим лед, Солнце теплое ходит высоко И душистого ландыша ждет. Снова в сердце ничем не умеришь До ланит восходящую кровь, И душою подкупленной веришь, Что, как мир, бесконечна любовь. Давно ль под волшебные звуки Носились по зале мы с ней? Теплы были нежные руки, Теплы были звезды очей. Вчера пели песнь погребенья, Без крыши гробница была; Закрывши глаза, без движенья, Она под парчою спала. Долго снились мне вопли рыданий твоих,- То был голос обиды, бессилия плач; Долго, долго мне снился тот радостный миг, Как тебя умолил я - несчастный палач. Проходили года, мы умели любить, Расцветала улыбка, грустила печаль; Проносились.Чтобы увидеть нормальное отображение страниц сайта включите JavaScript! Короткие Стихотворение Фета «С корзиной, полною цветов, на голове» С корзиной, полною цветов, на голове Из сумрака аллей она на свет ступила, - И побежала тень за ней по мураве, И пол-лица ей тень корзины осенила; Но и под тению узнаешь ты как раз Приметы южного созданья без ошибки - По светлому зрачку неотразимых глаз, По откровенности младенческой улыбки. «Сад весь в цвету. » Сад весь в цвету, Вечер в огне, Так освежительно-радостно мне! Вот я стою, Вот я иду, Словно таинственной речи я жду. Эта заря, Эта весна Так непостижна, зато так ясна! Счастья ли полн, Плачу ли я, Ты - благодатная тайна. «Серенада» Тихо вечер догорает, Горы золотя; Знойный воздух холодает, - Спи, мое дитя. Соловьи давно запели, Сумрак возвестя; Струны робко зазвенели, - Спи, мое дитя. Смотрят ангельские очи, Трепетно светя; Так легко дыханье ночи, - Спи, мое дитя. «Солнце садится, и ветер утихнул летучий. » Солнце садится, и ветер утихнул летучий, Нет и следа тех огнями пронизанных туч; Вот на окраине дрогнул живой и нежгучий, Всю эту степь озаривший и гаснущий луч. Солнца уж нет, нет и дня неустанных стремлений, Только закат будет долго чуть зримо гореть; О, если б небо судило без тяжких томлений Так же и мне, оглянувшись на жизнь, умереть! «Сон и Пазифая» Ярко блестящая пряжка над белою полною грудью Девы хариты младой - ризы вязала концы, Свежий венок прилегал к высоко подвязанным косам, Серьги с подвеской тройной с блеском качались в ушах, Сзади вились по плечам, умащенные сладкою амброй, Запах далеко лия, волны кудрей золотых. Тихо ступала нога круглобедрая. Так Пазифаю Юноша Сон увидал, полон желанья любви. Крепкой обвита рукой, покраснела харита младая, Но возрастающий жар вежды прекрасной сомкнул, И в упоеньи любви на цветы опускаяся, дева, Члены раскинув, с кудрей свой уронила венок. «Сон и смерть» Богом света покинута, дочь Громовержца немая, Ночь Гелиосу вослед водит возлюбленных чад. Оба и в мать и в отца зародились бессмертные боги, Только несходны во всём между собой близнецы: Смуглоликий, как мать, творец, как всезрящий родитель, Сон и во мраке никак дня не умеет забыть; Но просветленная дочь лучезарного Феба, дыханьем Ночи безмолвной полна, невозмутимая Смерть, Увенчавши свое чело неподвижной звездою, Не узнает ни отца, ни безутешную мать. «Теснее и ближе сюда!. » Теснее и ближе сюда! Ты - в сердце с румянцем стыда, Я - луч твой, летящий. На горы во мраке ночном, На серую тучку заката, Как кистью, я этим лучом Наброшу румянца и злата. Напрасно холодная мгла, Чернея, все виснет над нами, - Пускай и безбрежность сама От нас загорится огнями. » Тихая, звездная ночь, Трепетно светит луна; Сладки уста красоты В тихую, звездную ночь. Ты же светла, как любовь, В тихую, звездную ночь. Друг мой, я звезды люблю - И от печали не прочь. Ты же еще мне милей В тихую, звездную ночь. «Тихо ночью на степи. » Тихо ночью на степи; Небо ей сказало: спи! И курганы спят; Звезды ж крупные в лучах Говорят на небесах: Вечный - свят, свят, свят! В небе чутко и светло. Неподвижное крыло За плечом молчит, - Нет движенья; лишь порой Бриллиантовой слезой Ангел пролетит. «Только в мире и есть, что тенистый. » Только в мире и есть, что тенистый Дремлющих кленов шатер. Только в мире и есть, что лучистый Детски задумчивый взор. Только в мире и есть, что душистый Милой головки убор. Только в мире и есть этот чистый Влево бегущий пробор. «Угасшим звездам» Долго ль впивать мне мерцание ваше, Синего неба пытливые очи? Долго ли чуять, что выше и краше Вас ничего нет во храмине ночи? Может быть, нет вас под теми огнями: Давняя вас погасила эпоха, - Так и по смерти лететь к вам стихами, К призракам звезд, буду призраком вздоха! «Устало всё кругом: устал и цвет небес. » Устало всё кругом: устал и цвет небес, И ветер, и река, и месяц, что родился, И ночь, и в зелени потусклой спящий лес, И желтый тот листок, что наконец свалился. Лепечет лишь фонтан средь дальней темноты, О жизни говоря незримой, но знакомой. О ночь осенняя, как всемогуща ты Отказом от борьбы и смертною истомой! «Хоть нельзя говорить, хоть и взор мой поник. » Хоть нельзя говорить, хоть и взор мой поник, - У дыханья цветов есть понятный язык: Если ночь унесла много грез, много слез, Окружусь я тогда горькой сладостью роз. Если тихо у нас и не веет грозой, Я безмолвно о том намекну резедой; Если нежно ко мне приласкалася мать, Я с утра уже буду фиалкой дышать; Если ж скажет отец: "Не грусти, - я готов", - С благовоньем войду апельсинных цветов, 3 августа 1887, Фет «Что за звук в полумраке вечернем? » Что за звук в полумраке вечернем? Бог весть, - То кулик простонал или сыч. Расставанье в нем есть, и страданье в нем есть, И далекий неведомый клич. Точно грезы больные бессонных ночей В этом плачущем звуке слиты, - И не нужно речей, ни огней, ни очей - Мне дыхание скажет, где. » Чудная картина, Как ты мне родна: Белая равнина, Полная луна, Свет небес высоких, И блестящий снег, И саней далеких Одинокий бег. «Чуя внушенный другими ответ. » Чуя внушенный другими ответ, Тихий в глазах прочитал я запрет, Но мне понятней еще говорит Этот правдивый румянец ланит, Этот цветов обмирающих зов, Этот теней набегающий кров, Этот предательский шепот ручья, Этот рассыпчатый клич соловья. » Шепот, робкое дыханье, Трели соловья, Серебро и колыханье Сонного ручья, Свет ночной, ночные тени, Тени без конца, Ряд волшебных изменений Милого лица, В дымных тучках пурпур розы, Отблеск янтаря, И лобзания, и слезы, И заря, заря!. «Я болен, Офелия, милый мой друг!. » Я болен, Офелия, милый мой друг! Ни в сердце, ни в мысли нет силы. О, спой мне, как носится ветер вокруг Его одинокой могилы. Душе раздраженной и груди больной Понятны и слезы, и стоны. Про иву, про иву зеленую спой, Про иву сестры Дездемоны. «Я говорю, что я люблю с тобою встречи. » Я говорю, что я люблю с тобою встречи За голос ласковый, за нежный цвет ланит, За блеск твоих кудрей, спадающих на плечи, За свет, что в глубине очей твоих горит. О, это все - цветы, букашки и каменья, Каких ребенок рад набрать со всех сторон Любимой матери в те сладкие мгновенья, Когда ей заглянуть в глаза так счастлив он! Невестою-царицей Опять на землю ты сошла. И утро блещет багряницей, И всё ты воздаешь сторицей, Что осень скудная взяла. Ты пронеслась, ты победила, О тайнах шепчет божество, Цветет недавняя могила, И бессознательная сила Свое ликует торжество. «Я не знаю, не скажу я. » Я не знаю, не скажу я, Оттого ли, что гляжу я На тебя, я всё пою, И задорное веселье Ты, как легкое похмелье, Проливаешь в песнь мою, Иль - еще того чудесней - За моей дрожащей песней Тает дум невольных мгла, И за то ли, оттого ли До томления, до боли Ты приветливо светла? «Я слышу - и судьбе я покоряюсь грозной. » Я слышу - и судьбе я покоряюсь грозной; Давно я сам себе сказал: не прекословь! Но перед жертвою покорною и слезной Зачем же замолчать совсем должна любовь? Пусть радость хоть на миг не слышит порицанья! Пусть завтра - строгий чин, все тот же, как вчера; Но ныне - страсть в глазах и долгие лобзанья, И пламенных надежд отважная игра! «Я долго стоял неподвижно. » Я долго стоял неподвижно, В далекие звезды вглядясь, - Меж теми звездами и мною Какая-то связь родилась.

Похожие документы
Карта сайта
Настойка женьшень инструкция по применению
Полезные свойства соды
Температурный график 90 70

Комментарии
  • В его поэзии почти нет действия, каждый его стих - это целый род впечатлений, мыслей, радостей и печалей. Произведение открывало раздел «Мелодии», вобравший в себя тексты, объединенные мотивом песни.